Новости
Мероприятия
Корпоративный журнал
Медиагалерея
Модельный ряд
Процесс производства
События
Графика
Пресс-кит и брендбук
Подписка на новости
Контакты для прессы
+7(495) 926-1420
+7(495) 926-1421
press@uacrussia.ru
наверх
Подписаться на обновление

Новости


1 ... 255 256 257 258 259

Президент ОАК Юрий Слюсарь: Мы не конкурируем внутри страны, мы соревнуемся на глобальном поле

В Жуковском сегодня открывается Международный авиакосмический салон — МАКС-2017. Накануне выставки президент ОАК Юрий Слюсарь рассказал корреспондентам “Ъ” Ивану Сафронову и Елизавете Кузнецовой о том, почему нужно реструктурировать Объединенную авиастроительную корпорацию (ОАК), какие последствия от разрыва кооперации с Украиной ощутила на себе отрасль, а также о том, как себя проявила российская боевая авиация в Сирии.


— Вы возглавили ОАК два с половиной года назад. В каком состоянии вам досталась корпорация и какие задачи перед вами ставил акционер?

— Прежде всего — ускорение корпоративной реорганизации, создание единой компании. Этот процесс шел небыстро. Мы подошли к ситуации, когда любой проект требует вовлечения всех «частей организма», а старая структура постепенно становилась все менее адекватной новым вызовам. Мы не конкурируем внутри страны между собой, как в былые времена, мы соревнуемся на глобальном поле, с глобальными партнерами. Без единства нет конкурентоспособности. Единая корпорация должна стать той «машиной», которая эту конкурентоспособность будет обеспечивать. В этой логике мы приводим корпоративный ландшафт ОАК к целевой модели. Другой важный блок задач — анализ и стабилизация финансово-экономического положения. При достаточно высоком выпуске самолетов и уровне выручки компания устойчиво находилась в отрицательном сегменте по чистой прибыли. Надо было оперативно включаться и менять ситуацию. При системной поддержке государства в 2016 году корпорация впервые подошла к уровню безубыточности. В 2017 году мы намерены закрепить эту тенденцию, чтобы с 2018 года выйти на устойчивую прибыль. Это позволит перейти в категорию финансово стабильных компаний, даст нам новые возможности в работе с банками, инвесторами, акционерами.

Конечно, никто не снимал задач по реализации уже существующих проектов. Большая их часть и в гражданской, и в транспортной, и в военной сфере стартовала при моих предшественниках — Алексее Федорове и Михаиле Погосяне. Они многое для этого сделали. При поддержке государства, профильного Минпромторга «пошли» проекты SSJ 100, МС-21, модернизированного Ил-76. Их надо «довести до рынка». Из хороших авиационных программ сделать портфель эффективных бизнесов. За два с половиной года появился целый ряд новых, амбициозных проектов: стартовало производство модернизированного стратегического бомбардировщика Ту-160. Его боевая эффективность вырастет более чем на 50%, он получит абсолютно новую начинку, новые двигатели и соответственно новые возможности. Реализация программы Ту-160 закладывает производственную базу под проект следующего поколения — перспективный комплекс дальней авиации, который появится во второй половине 2020-х годов. Для этого мы перевооружаем площадки дивизиона стратегической и специальной авиации Туполева в Москве и Казани. В 2016 году стартовали программы Ил-114–300 и Ил-96–400М, совсем недавно взлетел лайнер нового поколения МС-21. Преодолевая трудности организационного и финансового порядка удалось запустить в серию модернизированный Бе-200 в Таганроге. Самолеты начали поступать заказчикам.

— За счет каких решений удалось добиться выхода ОАК на минимальный уровень безубыточности?

— Это ряд системных мер. В частности, аудит и, где требуется, пересмотр отношений с нашими партнерами, кооперацией. Будучи головной структурой по сдаче продукта заказчику, мы зачастую оказывались в худшем экономическом положении в сравнении с другими участниками цепочки. На мой взгляд, это недопустимо. Кроме того, работа с самими заказчиками. Мы последовательно пересматриваем действующие нерентабельные контракты, ведем этот трудный диалог, ищем решения. Безусловно, роль сыграла и централизация ряда ключевых функций. Только за счет централизации управления кредитным портфелем ОАК на процентных расходах удалось достичь экономии до 3 млрд. руб. в год.

Мы приступили к трансформации индустриальной модели, поскольку существующая не является оптимальной и структурно не соответствует тем задачам, которые стоят перед корпорацией. Процесс подразумевает выделение центров компетенций, сокращение в дальнейшем линий конечной сборки, перевооружение предприятий с переходом на новый технологический уклад, включая опережающее внедрение цифровых технологий, существенно сокращающих сроки, а стало быть, и объем инвестиций при реализации проектов. В результате мы рассчитываем повысить эффективность нашей цепочки проектирования и производства, снизить стоимость и повысить качество продукции. Экономический эффект от трансформации индустриальной модели в горизонте 15 лет мы оцениваем в сэкономленные 700 млрд руб. Это колоссальная сумма для нашей корпорации — почти две годовых выручки. С точки зрения портфеля мы нарастили прежде всего экспортную выручку и доходы от сервисного бизнеса.

— В 2016 году совет директоров ОАК решил перейти на «единую акцию». Как продвигается процесс консолидации предприятий и развитие дивизионов? Планируется ли объединять ГСС и «Иркут» в отдельное подразделение?

— Мы в активной фазе формирования дивизионов будущей единой компании. Дивизионы будут структурироваться вокруг продуктов. Физически, да, из четырех направлений — гражданского, военного, транспортного и стратегического — часть создается на базе наших славных КБ. Но внутри там другая логика, другой смысл. «Сборка» идет вокруг продуктов по соответствующему направлению.

Конечно, всегда есть какие-то нюансы, например, в гражданской составляющей. Вопрос чувствительный, нужно учесть и аккуратно покрыть риски и издержки, связанные с лицензированием, с сертификацией, с международным признанием необходимых документов. Это то, что удерживает нас от излишней спешки. Тем не менее единая компания будет построена. Со всем вниманием к деталям нам эту конструкцию необходимо выстроить достаточно оперативно, не затягивая, потому что потеря времени в процессе корпоративных преобразований ведет к девальвации самой идеи. В 2019 году процесс перехода завершим, дивизионы сформируем. Это непросто, я честно говорю: ощущается серьезное сопротивление и внутри, и извне. Наверное, иначе и не бывает.

— Речь о приватизации ОАК ведется?

— Пока по решению акционеров тема перенесена за 2020 год. При существующей сложной структуре мы пока менее интересны для инвесторов, чем могли бы быть. Поэтому этот вопрос взаимоувязан с формированием единой компании. Корпорация развивается, вместе с актуализацией приоритетов доля государства может меняться. В конечном счете, задача ведь в том, чтобы сделать компанию более коммерчески ориентированной, более конкурентоспособной. Могу сказать, что опыт «Ростеха», связанный с привлечением частных инвесторов, мне лично по душе.

— В 2014 году ОАК была включена в санкционный список ЕС. Насколько серьезно эти меры затронули деятельность компании?

— Санкции, к счастью, нас коснулись в основном только в финансовом секторе: ОАК сейчас ограничена в привлечении внешнего финансирования, но мы берем кредиты в российских банках, причем в основном в банках с госучастием: около 80% кредитного портфеля.

— А на производстве сказалось?

— Некоторые проблемы могли быть с комплектацией самолетов, но благодаря реализуемой Минпромторгом программе импортозамещения мы закрываем все потребности в этой части.

— Разрыв отношений с украинским авиапромом оказался драматичнее?

— Украинская сторона периодически отслеживает и расширяет список тех предприятий и номенклатуры, которая запрещена к поставке. Но импортозамещение началось еще до того, как произошел разрыв с украинским авиапромом. Украина в силу разных причин переставала поставлять комплектующие или наши собственные запасы на складах заканчивались. Сейчас мы проактивно заменяем украинскую комплектацию: отечественные предприятия, комплектаторы, входящие в госкорпорацию «Ростех», и частные компании выдают новые продукты, заменяя украинских поставщиков. Да, нас устраива